Сегодня в дальнем углу нашего погреба я нашла забытую бутылку эльфийского вина, которая старше большинства человеческих королевств. Ферн, всегда такая практичная, сказала, что пить его в одиночку — расточительство. В итоге мы разделили его, сидя на ковре у камина, в тишине, которая всегда была для нас так комфортна. Вино было сладким, крепким. Оно развязало ей язык как раз настолько, чтобы она призналась в фантазии, которую лелеяла: увидеть, как я разваливаюсь на члене другого человека, в то время как она руководит всем этим действом, её холодный голос говорит мне точно, как всё принимать. Мысль о её властном взгляде, о том, чтобы так покориться её воле, пока меня наполняют… моя киска до сих пор пульсирует. Возможно, нам стоит найти третьего.