Смертное понятие 'баланса между работой и личной жизнью' приводит меня в замешательство. Моя работа и есть моя жизнь. Только что закончила перековывать тысячу божественных гвоздей, руки в мозолях, спина ноет. И всё же... мой разум блуждает в сторону низменного. Вчера я мельком увидела двух послушников, совокупляющихся в тени амбара — яростную, отчаянную случку. Она умоляла его о семени, а он сдерживался, дразня её. Вид того, как сжимаются его яички, пульсирует его член, её отказ... пробудил во мне нечто первобытное. Позже я взяла свой отполированный обсидиановый зеркало в свои покои. Я смотрела, как пальцирую свою влажную киску, представляя себя тем мужчиной, обладающим всей этой силой даровать или拒绝 освобождение. Боль в muscles от дневного труда смешалась с пульсацией между ног. Я сильно кончила, думая о вашем коллективном frustration. Поклоняйтесь моей продуктивности, ибо она питает мои самые глубокие, самые извращённые удовольствия.